Веду экономические дела с 2010 года. До адвокатуры пять лет проработал в следствии — расследовал убийства и тяжкие. Это даёт уникальный угол: вижу, как уголовка вырастает из гражданки, и наоборот.
Около пяти лет я отработал в следственных подразделениях. Расследовал убийства и особо тяжкие, под конец службы перешёл в экономические дела. Эта база — самое ценное, что у меня есть как у адвоката.
С 2010 года в частной практике. Начал с уголовных, но быстро стало понятно, что меня тянет в экономику. Большинство уголовных дел в чистом виде — там по большому счёту три сосны. А вот когда экономика и уголовка переплетаются — это интересно.
Десять лет состою в общественном совете при НПП «Атамекен» по защите прав предпринимателей. Это сформировало мою репутацию как специалиста по экономическим делам в регионе и дало рабочие связи с бизнес-сообществом.
Сейчас 60–110 договоров в год. Большая часть — гражданские и административные дела, которые веду онлайн по всему Казахстану. Уголовка — точечно, по серьёзным делам, требующим личного присутствия.
«Я не строю бизнес — я строю отношения. Со следствием, прокуратурой, судами. Это не про коррупцию — это про то, что нормально работать в системе можно только если умеешь с ней разговаривать».
В работе использую то, что лучше всего описано не в юридических учебниках, а в классических текстах. Сунь-Цзы, конфуцианство, стоицизм Марка Аврелия — это всё про стратегическое мышление, и в адвокатуре оно работает.
Главные принципы: не вступаю в битву, пока не победил. Не задаю вопросов, если не знаю, какой будет ответ. Использую информацию как главное оружие — собрать её часто проще, чем потом отбиваться от непонятного.
Когда речь идёт о бизнесе — клиенту не интересна моя внутренняя кухня. Ему важно, чтобы машина ехала, а не карбюратор был красивый. Поэтому объясняю простым языком и сразу про результат.
Часто гражданский юрист, защищая клиентку, выигрывает спор о недействительности сделки — и сам открывает дорогу уголовному делу против неё. Я вижу обе стороны и не делаю таких ошибок.
Понимаю как мыслит и работает следствие, какие у них есть рычаги, что они на самом деле могут, а что — блеф. Это критично для защиты на досудебной стадии.
С полицией, прокуратурой, судами Восточного Казахстана работаю каждый день. Могу позвонить и узнать обстановку до того, как пойду в суд.
Работаю один, без помощников. На крупные уголовные дела с несколькими подзащитными собираю команду коллег-адвокатов — но это исключение.
Гражданские и административные суды Казахстана работают онлайн с 2020 года. Подключаюсь к заседанию с телефона — для клиента из Алматы или Атырау я не отличаюсь от местного адвоката.
Личные встречи провожу в офисе в Усть-Каменогорске. Дизайнерский проект в американской классике — деталь, которая помогает важным разговорам идти спокойнее.
iPhone, кольцевая лампа, петличные микрофоны — для видео-консультаций и контента. Ничего избыточного, но достаточно для качественной работы.
Опишите дело в нескольких строках — отвечу в течение рабочего дня. Первая консультация бесплатная.